... Ясность ума и хладнокровие никогда не изменяли этому человеку. Даже в тот день, когда его родственники погибли от рук своих же соплеменников, а теперь эти соплеменники шли по его собственному следу. Чтобы остаться в живых, просто необходимо сохранять спокойствие и ничем не выдавать своих чувств. Это Стэнд Уэйти усвоил твердо.

Его успел предупредить сын старого друга, который видел ту резню. Увиденное не лишило юношу храбрости: как ни в чем ни бывало, он поскакал к Уэйти. Он знал, где его искать - Уэйти держал небольшую лавочку на северо-востоке Индейской территории. Подозревая, что враги могут подслушивать, юноша громко спросил сахару, а затем, понизив голос, доложил о случившемся. Он указал также, где найти уже взнузданную лошадь. Уэйти осторожно выбрался из лавки и ускользнул. Его изгнание растянулось почти на шесть лет.

Серия убийств, совершенных утром 22 июня 1839 г., сделала Стэнда Уэйти единственным предводителем маленькой и презираемой группы чероки. В этом качестве он прожил всю оставшуюся жизнь. Племенное большинство возложило на Уэйти и его группу ответственность за ужасные события прошлого года, вошедшие в историю под названием “Дороги Слез”. “Предателям” вынесли смертный приговор. В тот день Стэнд потерял дядю, влиятельного вождя Майора Риджа, брата Элайса Будино (также известного под именем Бак Уэйти) и двоюродного брата, Джона Риджа. Прежняя жизнь для Стэнда кончилась. Именно тогда начался новый этап в его биографии, этап, полный опасностей и приключений, который в конце концов привел его на службу к конфедератам. Дважды оказавшись в лагере побежденных, он как никто другой знал, что такое рухнувшие надежды и ужас безысходности. Но вместе с тем судьба научила его не бояться поражений.

Его народ, чероки, находился в дальнем родстве со знаменитой Лигой ирокезов. В 1605 г. он насчитывал около 30 тысяч человек, которые занимали обширную территорию (сейчас это современные штаты Джорджия, Теннесси и западная часть Северной Каролины). Однако в XVII - XVIII вв.войны и эпидемии сократили численность чероки почти вдвое. К началу XIX в. их осталось около 16 тысяч. По соглашению 1802 г. власти штата Джорджия уступили государству часть земель (так появились штаты Алабама и Миссисипи), подразумевая, что “дикари” здесь не останутся, и федеральное правительство депортирует чероки на малоосвоенный Запад. Сами же индейцы решили остаться, и правительство им не воспрепятствовало. Большая часть племени посчитала, что единственная возможность остаться на родине - это ступить на “дорогу белого человека”. Индейцы активно занялись самообразованием, улучшением своего уровня жизни, и добились на этом поприще впечатляющих успехов.

Но “окультуривание” индейцев, по мнению белых, пошло не так, как планировалось. Процветающая община чероки жгла глаза “цивилизованным” жителям Джорджии. И они с удвоенной энергией возобновили попытки выдворить индейцев из “своего” штата.

Самые дальновидные из чероки сразу поняли, к чему идет дело, и потому примерно треть племени уже к 1820 г. переселилась на запад от Миссисипи. Под постоянным нажимом белых поселенцев они шли все дальше и дальше, пока, наконец, не осели в Оклахоме. Оставшиеся чероки решили защищать свои права в суде. Разгорелись ожесточенные споры по поводу того, имеют ли индейцы право остаться в Джорджии. Ко всему прочему, племя (в середине 1820-х гг. чероки на Юго-Востоке оставалось около 14 тысяч) оказалось под угрозой внутреннего раскола. До 20% членов племени уже настолько “окультурились”, что кое-кто из них превратился в богатых плантаторов-рабовладельцев.

Семья Уэйти, как и семья Риджей (иногда их называют общим словом "риджиты") как раз входила в эту новую индейскую аристократию. На их долю приходилась большая часть из примерно 1600 черных рабов, находившихся в собственности племени. Чероки-хозяева работали бок о бок со слугами, браки между ними не запрещались, а дети от них считались свободными.

Но только 8% чероки (и 1% чистокровных чероки) можно было считать рабовладельцами. Многие члены племени - возможно, благодаря влиянию миссионеров - относились к рабству отрицательно. К тому же, в отличие от племенной “элиты”, которая без труда могла устроиться и на Западе, у “традиционалистов” не было ни денег, ни желания переселяться.

В 1827 г. чероки создали свое централизованное правительство, чтобы лучше общаться с миром белых. На следующий год состоялись выборы президента, которого по традиции называли верховным вождем. Победил Джон Росс, и этот пост он сохранил до самой смерти (1866 г.). Россу тогда было 32 года. Родился он в Теннесси, и в его жилах текла по большей части шотландская кровь. Чероки он был всего на 1/8, но считал себя индейцем до мозга костей, и, как ни удивительно, пользовался невероятной популярностью у чистокровных соплеменников.

Главными соперниками Росса стали выходцы из старых, прославленных родов. Майор Ридж и его брат Дэвид Уэйти вели свое происхождение от великих вождей прошлого. Они оба обзавелись плантациями, женились на американках из благородных семей и были приняты в высшем обществе. В чем-то братья превзошли даже своих “цивилизованных” соседей - например, они писали чаще и грамотнее, чем большинство белых в то время. В 1919 г. был обнаружен семейный архив Риджей-Уэйти, состоявший из двух тысяч писем. В 1821 г. чероки Секвойя разработал индейскую азбуку, и вскоре почти все члены племени обучились грамоте. Когда начал писать наш герой, Стэнд Уэйти, мы не знаем. Те из его документов, которые сохранились до наших дней, написаны уже во время Гражданской войны.

Стэнд Уэйти родился в Джорджии, около 1806 г. О первых годах его жизни ничего не известно. Стэнд учился в школе при миссии, но, видимо, не так прилежно, как его брат Элайс Будино. Первоначально Элайса звали Бак (Олень) Уэйти, но он взял имя своего белого благодетеля. Элайс стал редактором национальной газеты "Чероки Феникс"; когда он уезжал по делам, брат иногда замещал его. Стэнду не везло в браке - он несколько раз вдовел (его домочадцев уносили болезни) и женился повторно. Деталей в семейном архиве не сохранилось.

Соперничество между "риджитами" и Джоном Россом начало набирать обороты после 1832 г. Большинство чероки, те, кто не переехал на Запад по договорам о переселении 1817 и 1819 гг., склонялись к тому, чтобы остаться, а Росс стал их главным идеологом. Клан “элиты”, напротив, полагал, что переселение - лучший выход. По мысли чистокровного индейца Майора Риджа и его сына Джона, только у образованных и зажиточных членов племени еще был какой-то шанс выжить в Джорджии. Тех же, кто не научился играть по правилам белых, все равно выселят, полагал Ридж. Неважно когда, неважно как - обманом или силой.

Обе партии обвиняли друг друга во всех смертных грехах. Клан Риджей-Уэйти нашел поддержку у президента США Э. Джексона и его сторонников. Но “риджиты” не имели большинства в племенном совете чероки, где заправляли сторонники Росса. Им пришлось уйти в подполье.

Тучи сгустились окончательно, когда делегаты от обеих партий отправились в Вашингтон. Каждая привезла свои предложения. Президент Джексон сделал ловкий ход - он дал аудиенцию и тем, и другим, и подлил масла в огонь междоусобной борьбы. На сей раз противники обвинили друг друга во взяточничестве.

А в 1835 произошел открытый раскол. Клан Риджей участвовал в подготовке договора, по которому чероки обязывались переселиться на Запад за компенсацию в 5 млн. долларов. Племенной совет во главе с Россом отклонил договор и потребовал его пересмотра - в частности, “росситы” потребовали 20 млн. долларов компенсации. К октябрю 1835 г. стало ясно, что большинство племени поддерживает Росса. Стало ясно и то, что двадцати миллионов чероки не получат.

Тогда, в декабре 1835 года, клан Риджей-Уэйти решился на самоубийственный шаг. 29 декабря Майор Ридж, его сын Джон и братья Уэйти единственными из племенной элиты поставили свои подписи под договором в Нью-Эчоте (Джорджия). На подписание пришли всего несколько сот человек - от 300 до 500, что составляло не более 3% племени. Из них только около ста, по племенному законодательству, имели право голоса. Ни Росса, ни других власть имущих здесь и близко не было. То, что договор был откровенной фальсификацией, не у кого не вызывало сомнений. Даже сами американцы возмутились: против договора выступили даже такие убежденные противники индейцев, как Дэйви Крокетт и Дэниэл Уэбстер. Условия были такие: чероки в два года обязывались переселиться на Запад за компенсацию в 15 млн. долларов и 800 тысяч акров земли на Индейской территории (северо-восток нынешней Оклахомы и пограничная часть Канзаса). Сами “риджиты” (или, как их стали называть, “договорная партия”) считали, что им повезло - условия могли быть и хуже.